Граждане Н. и З. в один из дней сентября 20хх года, будучи оба в состоянии алкогольного опьянения, находясь в жилом доме по улице ХХХ поселка ХХХХ Чувашской Республики, после того, как отобрали телефоны у гражданина С., решили совершить захват того.

С этой целью, З. и Н, после изъятия телефонов у С., группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения к нему насилия, опасного для жизни и здоровья, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде нарушения конституционных прав С. на свободу и личную неприкосновенность, на свободу передвижения и местопребывания, предусмотренных статьями 22, 27 Конституции Российской Федерации, и желая их наступления, действуя совместно и согласованно, применяя насилие к С. и удерживая его за руку, тем самым незаконно, против воли потерпевшего, ограничив свободу его действий и лишив возможности оказать сопротивление, вывели последнего из его жилища.

З. и Н., продолжая свои преступные действия, затолкали С. для дальнейшего насильственного удержания в салон автомобиля, находившегося в распоряжении З., для последующего его перемещения в другое место. Далее З. с Н., действуя совместно и согласовано, удерживая С. на заднем сиденье автомобиля, поехали на автомашине к дому Е.

При движении на автомобиле по дороге, С., через непродолжительный промежуток времени, опасаясь дальнейшего применения З. и Н. в отношении него насилия, опасного для жизни и здоровья, выпрыгнул из автомобиля на проезжую часть и попытался скрыться. Однако, З. и Н., настигли С., уронили на асфальт, где Н., нанес тому один удар кулаком руки в область лица, затем З. и Н., действуя совместно и согласовано между собой, против воли потерпевшего, ограничив свободу его действий и лишив возможности оказывать сопротивление, с силой удерживая С. за руки, вернули в салон автомобиля на заднее сидение. Н., находясь в салоне автомобиля, желая подавить волю С. к сопротивлению, кулаком правой руки нанес тому не менее двух ударов по рукам С., закрывавшего свое лицо от ударов, а З., находясь за рулем автомобиля, начал дальнейшее движение к дому Е.

Прибыв на автомобиле на участок местности, расположенный в поле возле лесопосадки в ХХХХ области, с целью подавления воли С. к сопротивлению, устрашения потерпевшего, поочередно высказали в его адрес словесные угрозы применения насилия опасного для жизни и здоровья. Далее З. и Н., продолжая свои преступные действия, с силой вывели С. из салона автомобиля, уронили последнего на землю, где одновременно нанесли по спине лежавшего на земле С. не менее пяти ударов ногами, обутыми в обувь, а также, когда С. встал на ноги, З. умышленно нанес удар ногой, в область груди С., чем причинили тому физическую боль.

После этого З. и Н., действуя совместно и согласованно, снова затолкали С. в салон автомобиля, где продолжая ограничивать личную свободу потерпевшего, применяя физическую силу в виде удержания его Н. за руку, причиняя преступными действиями потерпевшему физическую боль, и, препятствуя тому покинуть салон автомобиля, З., управляя автомобилем, продолжил движение, и, доставили С. по адресу: ХХХХ. Находясь возле указанного дома, З. в агрессивной форме высказал С. требования оставаться внутри автомобиля, после чего З. и Н. покинули автомобиль, а после того, как Е, вышел из автомобиля, З. закрыл автомобиль на центральный замок, тем самым удерживая С. в салоне автомобиля против его воли и желания. Однако, С., находясь один в вышеуказанном автомобиле, воспользовавшись отсутствием Н. и З., скрытно от тех покинул данный автомобиль и скрылся с места происшествия.

В результате указанных совместных преступных действий Н. и З., существенно было нарушено право потерпевшего С. на свободу и личную неприкосновенность, а также причинены: кровоподтеки мягких тканей головы, туловища, правой верхней конечности, которые не причинили вреда здоровью, а потому квалификации по степени тяжести не подлежат.

Указанные действия З. и Н. органом предварительного расследования квалифицированы по пунктам «а», «в» и «г» части 2 статьи 126 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Подсудимый З. в судебном заседании вину не признал.

Подсудимый Н. вину в инкриминируемом ему деянии признал частично.

Органами предварительного расследования З. и Н., в том числе, предъявлено обвинение в похищении человека с применением предмета, используемого в качестве оружия, то есть по пункту «г» части 2 статьи 126 УК РФ.

В судебном заседании государственный обвинитель просил исключить квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия» ввиду недоказанности факта нанесения Н. удара именно молотком по голове.

Учитывая презумпцию о невиновности, поскольку суду не представлены доказательства того, что у подсудимых З. и Н., изначально до прибытия к С., состоялся предварительный сговор на похищение потерпевшего С. из дома, до того момента, как З. и Н. ударили потерпевшего по голове и отобрали телефоны, а также не доказан факт нанесения Н. удара молотком, как предметом, используемым в качестве оружия, по голове, с повреждением мягких тканей головы, причинившие легкий вред здоровью, именно с целью похищения потерпевшего, то суд исключил из объема обвинения подсудимых указанный квалифицирующий признак.

Таким образом, по смыслу закона, под похищением человека следует понимать противоправные умышленные действия сопряженные с тайным или открытым завладением (захватом) живого человека, перемещением с места его постоянного или временного проживания с последующим удержанием против его воли в другом месте.

Одним из признаков субъективной стороны данного преступления является цель удержания потерпевшего в другом месте.

Такие обстоятельства не установлены судом по настоящему делу.

О намерении удерживать потерпевшего С. в другом месте никто из допрошенных лиц показаний не давал, сами подсудимые З. и Н. это отрицали.

Поскольку органами следствия не добыто достаточных доказательств, свидетельствующих о намерении подсудимых удерживать потерпевшего в каком-либо другом месте, действия З. и Н. суд переквалифицировал с п.п. «а», «в» части 2 ст. 126 УК РФ на п. «а» части 2 статьи 127 УК РФ, предусматривающую ответственность за незаконное лишение свободы человека, не связанное с его похищением, совершенное группой лиц, по предварительному сговору.

При этом судом достоверно было установлено, что З. и Н. незаконно лишили С. свободы.

Диспозиция части 2 статьи 127 УК РФ не содержит квалифицирующего признака «с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья».

Согласно п.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 2019 года N 58 "О судебной практике по делам о похищении человека, незаконном лишении свободы и торговле людьми, угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью при совершении похищения человека охватывается пунктом "в" части 2 статьи 126 УК РФ, тогда как высказывание или иное выражение такой угрозы при незаконном лишении свободы следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных соответствующей частью статьи 127 УК РФ и статьей 119 УК РФ.

На основании частей 1, 2 статьи 252 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Согласно статье 14 УПК РФ, обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту обвиняемого, лежит на стороне обвинения.

Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого. При этом, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

При этом, принимая во внимание положения статьи 252 и пункта 6 части 1 статьи 237 УПК РФ, у суда не имеется оснований для дополнительной квалификации действий подсудимых по иным статьям уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку изменение обвинения в данной части, ухудшит положение подсудимых и может нарушить их право на защиту. При этом, как сторона обвинения, потерпевший, так и иные лица, участвующие по делу, не просили о возврате дела прокурору для предъявления подсудимым более тяжкого обвинения.

В связи с чем, суд исключил квалифицирующий признак «с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья».

Преступление З. и Н. совершено умышленно, так как каждый из них осознавал общественную опасность своих действий, поскольку действуя с единым умыслом и целью, посягая на гарантированные Конституцией РФ права на физическую свободу потерпевшего С., посягая на безопасность его жизни, здоровья, совершая действия направленные на незаконное лишение свободы, изымая его без согласия и против воли с места жительства, перемещая на автомашине в другое место, фактически предвидели наступление общественно-опасных последствий и желали этого.

Суд признал З. и Н. виновными в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» части 2 статьи 127 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначил каждому подсудимому наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 2 месяца, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Приговор вступил в законную силу.